Июльский рубеж – отечественная экономика готова пойти на спад
Говорят, лягушка может свариться заживо и даже не заметить этого, если воду, в которой она сидит, нагревать медленно. Оказывается, российская экономика была перегрета. Но пик – уже или почти пройден. Банк России провел очередной опрос полутора десятков тысяч отечественных предприятий. Что на поверхности?
Бизнес-климат уже немного ухудшился. Его индикатор в июле снизился с 10,6 пунктов месяцем ранее до 7,7. Хотя если выше нуля, значит, рост есть. Текущие оценки упали в два с лишним раза по сравнению с вторым кварталом, но если сравнивать с 2023 годом, то все ровно. И такое почти во всех отраслях. Заметнее всего — в оптовой торговле и добыче полезных ископаемых. Есть проблемы с рабочей силой в виде ее нехватки и сложности в расчетах по импорту за поставки сырья, комплектующих и оборудования. И условия кредитования продолжают ужесточаться.
Экономист Никита Масленников напоминает, что перегрев экономики – это «медицинский факт»:
– Признаки такого перегрева – разрыв спроса и предложения, грозящий высокой инфляцией, которая в годовом выражении уже больше девяти процентов, и усиление неоднородности динамики макроэкономических показателей по отраслям и регионам.
«СП»: А почему говорят, что пик проходит?
– Во многом выдают желаемое за действительное. Специалисты смотрят на динамику инфляции, если она чуть-чуть замедляется, то делают выводы, что «перегрев уходит». Второй показатель – динамика деловой активности, которая начинает замедляться. Но с инфляцией все неоднозначно: на позапрошлой неделе годовая была 9,25, рванув после индексации тарифов на ЖКХ. На прошлой неделе – 9,2.
Другой показатель – сезонный «очищенный» месячный прирост инфляции по методологии Центрального Банка (ЦБ). Он в мае оказался выше апрельского, составив, месяц к месяцу, около 10%. Но в июне сдвинулся вниз, до 9,3. Июльский показатель будет очень важен. По всем прогнозам, инфляция должна была проходить свой пик в июле.
Основания так предполагать есть. Все-таки индикатор бизнес-климата ЦБ – наиболее точен с точки зрения репрезентативности, потому что вычисляется на основе опроса 14,7 тыс. предприятий нефинансовых отраслей всех базовых видов деятельности, имея очень широкий региональный охват.
«СП»: Что у нас происходит в отраслях с высокой добавленной стоимостью продукции: в ВПК, гражданском авиастроении, нефтехимии, производстве станков?
– В обрабатывающей промышленности опережающий рост. Они за пять месяцев текущего года дали прирост 9,3 %. Но здесь значительная доля ВПК. Сильнее всего растут производства металлоизделий в оборонке, компьютеров и электротехники, всевозможных оптических приборов и транспортных средств. Но если в оборонной части серьезный рост, то в гражданской хотелось бы большего.
Очень активно растет пищевая промышленность, неплохо химпром. Фармацевтика впервые в этом году вышла на докризисный уровень.
«СП»: Можно ли эти отрасли назвать локомотивами экономического развития?
– Фармацевтику точно нет, дай бог, чтобы подтянулась до уровня 2021 года, а обрабатывающие отрасли и химпром, металлургия и пищевка – это наши локомотивы развития. Все остальное пока отстает.
Есть немало проблем с производством инвестиционных товаров, то есть внутренним производством машин и оборудования. Автомобилестроение трясет постоянно, авиапром тоже пока только-только начинает подниматься, как и судостроение. А ведь это все принципиальные отрасли, вклад которых достаточно высок. Их уверенный рост, я надеюсь, еще впереди.
Но только если начнут реализовываться нацпроекты технологического суверенитета, ориентированные на то, что мы в России не производили.
«СП»: Есть у нас, вообще, чему перегреваться?
– В этом году должны быть приняты базовые принципы. Пока у нас не появится новый проект бюджета федеральной трехлетки, мы не можем уповать на инвестиционный рост. Он нужен не сам по себе, а для повышения производительности труда, которая отчасти компенсирует дефицит кадров. А с этим нам придется жить достаточно долго, до 2030 года точно. Пока все эти параметры не прояснятся, инвестиций мы не увидим.
И давайте сначала выполним то, что намечено. Нужно определиться по параметрам бюджета 2025 года и на ближайшую трехлетку с инвестициями государства и Фонда национального благосостояния.
«СП»: Какие это проекты и каков в связи с их реализацией прогноз на 5-7 лет?
– У нас много разговоров о тринадцати проектах национального суверенитета с льготным кредитованием. Там объем инвестиций оценивается чуть ли не в 10 триллионов рублей до 2030 года. Но пока мы не увидели ни одного такого проекта, принятого правительством. Но мы-то ладно, их не видит и бизнес. При этом многие сигналы, которые исходят от правительства, – разочаровывающие.
Вот вначале был проект федерального инвестиционного вычета из налога на прибыль, который предполагал, что он будет 25% от объема инвестиций, но только для проектов технологического суверенитета. Бизнес возражал против ограничения по поводу проектов, в которых само правительство пока не определилось. Возможно, что-то изменится.
Тем более, что во втором квартале инвестиционная активность начала спадать, а ожидания третьего квартала, по опросам предприятий, – негативные. Инвестиционная динамика идет по нисходящей. Чтобы не допустить резкого спада, нам надо до конца года включать механизмы стимулирования, во-первых, частных инвестиций, во-вторых, активно продвигать программу долгосрочных сбережений населения, может быть ее переверстывая, предлагая новые льготы. Без этих сбережений инвестиционного роста не будет.
Пошли на компромисс, расширив число отраслей, которые могут рассчитывать на налоговый вычет. Но при этом достаточно существенно сократили его объем. Обсуждаются три варианта, самый крупный – 17 процентов от объема инвестиций. Раньше предполагалось 25, но только для проектов технологического суверенитета. Сделали шире, но вычет меньше.
СП»: Если все это не подействует, то какие последствия нас ждут?
– Перегрев явление рискованное и неприятное, потому что главная его опасность: после него может наступить резкий спад, плавно переходящий в длительную стагфляцию. Чтобы этого не допустить ЦБ ужесточал денежно-кредитную политику. Первое полугодие было малорезультативным. Только в июле появились первые убедительные результаты того, что повышение ключевой ставки начинает срабатывать. 26-го ее, как ожидается, повысят еще на 2%, до 18 и возьмут паузу.
Но это только одно из необходимых условий, которое позволит контролировать риски выхода из перегрева с точки зрения денежно-кредитной политики. И еще остается правительство! Если вы не хотите резкого спада, то должны включать огромное количество инвестиционных стимулов. А целостная система стимулирования инвестиций, прежде всего – частных, у нас пока не сложилась.
«СП»: Естественно предположить, что будет новая серьезна дискуссия между законодателями и бизнесом?
– Если вам нужны инвестиции, то при повышенном налоге на прибыль надо договариваться о поощрениях, льготах. Вы их предъявите – будем инвестировать, нет, до свиданья!
В общем, июль у нас рубежный месяц. Индикатор бизнес-климата рос пять месяцев подряд и достаточно сильно, поднявшись до 11 с лишним пунктов в мае, в июне двинулся вниз до 10,3, а июльский замер показал 7,7. Это свидетельствует о том, что деловая активность замедляется.
Пик перегрева мы начинаем преодолевать, но выходим из него с достаточно большими рисками и недоработками. Хотя до конца года время есть. Экономический рост даже просто в силу инерции будет не меньше 3%. Но далее, в 2025 году он может быть заметно ниже. Так Международный валютный фонд говорит о 3,2% в этом году и лишь 1,5 в следующем. Макроэкономический прогноз ЦБ схожий: 3,2 в этом году, а в будущем 1,7. Есть над чем поработать до конца года, особенно – с точки зрения стимулирования.