Не видя очевидного. Избирательное правосудие Саратовского Арбитражного суда
На этом заседании выступил генеральный директор АО «Саратовское речное транспортное предприятие» Игорь Зубатов.
Традиционно посетовав на действия областной прокуратуры — это характерные жалобы всех представителей предпринимательского клана Сергея Курихина, Зубатов обнаружил человека, который, по его мнению, виновен во всех проблемах речного порта.
«У нас есть бенефициарЕвстафьев... Он через свою структуру владеет 36 процентами акций. Он повлиять на порт не может никак. Он не участвует ни в управлении, нигде.
Я к нему как приду? Скажу, что надо взять кредит, дай личную гарантию. Он что мне скажет?
Плюс, это личность токсичная. Нам недавно лизинговая компания отказала в сотрудничестве, потому, что он фигурирует в каких-то списках».
Считаем необходимым первым делом прояснить ситуацию с лизинговой компанией, якобы отказавшей порту. В своем выступлении Зубатов компании не называет, но после соответствующих запросов удалось выяснить, что он имел в виду Сибирскую лизинговую компанию. Но в ответ на дальнейшие запросы дирекция порта не смогла предоставить письменную копию отказа ЛСК.
Зато такой ответ имеется у нас в редакции, и из него становится ясно, что Зубатов сначала дезинформировал участников собрания портовиков, а ИА «Взгляд», соответственно дезинформировало своих читателей. Вот что говорится в ответе за подписью генерального директора А. Бобрышева: «...Уведомляем, что ООО «СЛК» не имело и не имеет в настоящее время договорных отношений с упомянутыми в Вашем запросе лицами (АО «ПОРТ» прим авт.), переговоров о сотрудничестве между официальными представителями компаний также не ведется. Кроме того, ООО «СЛК» не обладает сведениями о бенефициарных владельцах указанных лиц и не делало никаких заявлений относительно их деловой репутации».
Соответственно получается, если лизинговая компания не обладает сведениями о деловой репутации, то она тем более не составляла никаких списков, о которых говорил директор порта.
На деле получается, что Зубатов, мягко говоря, фантазировал, чтобы придать убедительность своим измышлениям.
Что интересно, когда дело о защите деловой репутации оказалось в арбитражном суде Саратовской области, судья Екатерина Михайлова просто-напросто проигнорировала этот факт.
Получается, что каждый может говорить все, что угодно, порочить честь и достоинство, деловую репутацию и при этом остаться безнаказанным, если дело попадет в суд, тем более в саратовский арбитраж.
В арбитражный суд Саратовской области было подано исковое заявление о защите деловой репутации в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.
Представитель истца просил:
Признать не соответствующими действительности и порочащими деловую репутацию распространенную Игорем Зубатовым информацию «Плюс это личность токсичная. Нам недавно лизинговая компания отказала в сотрудничестве, потому что он фигурирует в каких-то списках». Истец также просил обязать Зубатова опровергнуть не соответствующую действительности информацию и обязать ИА «Взгляд» удалить эту же информацию из текста информации и видеосюжета.
Как положено в делах такого рода, нужна лингвистическая экспертиза. Истец предложил для проведения экспертизы московскую организацию, ответчик — две саратовских. Уже тогда возникло предположение, что местная экспертиза вряд ли будет объективной по той простой причине, что сотрудники саратовских центров проведения подобных экспертиз слишком уж погружены в местные политические игры. Так и вышло.
Судья Михайлова выбрала местную организацию — ООО «Эксперт-консалтинг». Эксперт Денис Боровиков, кандидат филологических наук предъявил суду, по меньшей мере, странное заключение. И хотя в начале экспертного заключения есть список из двадцати пяти использованных источников, ответы эксперт искал в основном в интернете. Заполнив пару страниц наукообразными пассажами типа «Смысловая архитектоника текста композиционно и последовательно выстроена, а его стилистика характеризуется функциональной направленностью», эксперт перешел к раскопам в интернет-пространстве. Среди его источников — wikipedia.org и сайт compromat.ru.
Боровиков делает вид, что не знает о систематических претензиях российской власти к Wikipedia по поводу недостоверности части информации. Если же говорить о сайте compromat.ru, то там собрана негативная информация — часто не имеющая подтверждения — обо всех заметных людях страны. Достаточно, например, прочитать, что там пишут о Вячеславе Володине или Николае Панкове. Такие вот источники уважаемого эксперта.
Далее он пространно рассказывает о своих поисках по запросу «коробка из-под ксерокса». Хотя совершенно непонятно, зачем он это делает, ведь истец просил опровергнуть совсем другую информацию.
Например, определение «токсичный» в отношении конкретного человека. Образно говоря, Денис Боровиков в ответе на этот вопрос принялся возводить, что называется, турусы на колесах. Этот фразеологизм, согласно уважаемой г-ном Боровиковым wikipedia, означает чепуху или вздор.
Вот что он пишет: «В первоначальном значении прилагательное «токсичный» являлось синонимом слова «ядовитый». Однако прилагательное «токсичный» стало использоваться в русском языке гораздо позднее своего первоначального синонима. (И какое в нашем случае это имеет значение? — ред.) Более того. Номинация «токсичный» начала широко применяться в последнее время при описании экономических явлений и межличностных отношений». При этом эксперт словно забывает, что от этого прилагательное не изменило своего значения. Зачем приводить многочисленные примеры о «токсичных активах», если Зубатов употребил это слово в отношении конкретного человека? И каким образом слово, подвергающее сомнению деловую репутацию, вдруг превратилось в метафору? Вот цитата из экспертного заключения: «Таким образом, Зубатов, используя метафору «токсичный»... Позволим себе напомнить кандидату филологических наук, что метафора это — «оборот речи, состоящий в употреблении слов и выражений в переносном смысле». Ясно же, что Зубатов сказал то, что он хотел сказать. Без всяких метафор и гипербол.
Сам же Боровиков чуть раньше пишет, что «номинация «токсичный» используется (метонимически) для описания людей». Судья Михайлова, конечно же, не потрудилась заглянуть в словарь иностранных слов, а то бы узнала, что значение слова «метонимический» — «похожий, сходный». Здесь, по сути, эксперт Боровиков подтверждает претензии истца.
Читаешь опус Дениса Боровикова (не в значении музыкальное произведение) и задаешься вопросом, как же эксперты-лингвисты работали до эпохи интернета? Сам же автор заключения, похоже, претендует ни много ни мало на формулирование задач лингвистической экспертизы нашего времени. «Задача лингвистической экспертизы в современных реалиях заключается не только в том, чтобы объяснить словарные значения отдельных номинаций либо фраз (т.к. они не в полной мере объясняют подлинную смысловую ситуацию), но с максимальным использованием возможностей Интернет-ресурсов, (позволяющих объективно методически преобразовывать спорные высказывания) найти их подлинные смыслы именно в контексте». Кто бы объяснил эксперту, что в интернете далеко не все истина в последней инстанции. Там можно всякое найти. Не зря же наш президент постоянно говорит об этом.
Интересно, что в том же заключении Боровиков иллюстрирует свой метод: заведя в «Яндекс» запрос «Евстафьев — токсичный человек», и получает в первых строках поиска ссылки на текст «Взгляда», тот самый, из которого истец требовал убрать строки, наносящие ущерб деловой репутации. То есть, в ходе лингвистического исследования с использованием интернет-ресурсов удалось выйти на самих себя.
Мотивация эксперта понятна. Но есть же судья Михайлова, которая должна была, по идее, обратить внимание на нестыковки и натяжки в экспертизе, должна была учесть и тот факт, что Зубатов, говоря о влиянии Аркадия Евстафьева на дела речного порта, просто придумал историю о несостоявшемся контракте с лизинговой компании. Но ничего этого Михайлова не сделала. Закрадываются подозрения, что в этом деле, как в тысячах других дел арбитражных судов и судов общей юрисдикции, судья была как минимум необъективна. Не имея оснований, не будем делать выводы о «заряженности» судьи, но такие впечатления появляются сами собой.
Это далеко не первое странное решение саратовского арбитражного суда. Не так давно спикер ГД Вячеслав Володин признал слив стоков у нового саратовского пляжа.
«Строим пляж, все пишут, все говорят: унас там стоки. Стоки. Ночтобы решить этот вопрос, понадобилось все это поднять, изучить, вынести вопрос наГосударственную Думу ивовремя отчета курирующего вице-премьера поднять еще ряд министерств, ивот итог— разобрались,— рассказал он. — Это нанесение вреда экологии Волги, потому что фальшивые данные, недостоверные. Заэто уголовная ответственность. Все те, кто подписывал, пусть отвечают. Разве так можно?»
Еще доначала строительства пляжа эксперты отмечали, что выше потечению этого участка берега Волги выходит сточная труба городской канализации, этого мнения некоторые ученые придерживаются исейчас.
Итак, экологи считают, что загрязненные стоки попадают в реку. Но вот в арбитражном суде области придерживаются иного мнения. Арбитражный суд Саратовской области отказал межрегиональному управлению Росприроднадзора поСаратовской иПензенской областям виске кМУП «Водосток» поделу озагрязнение Волги.
«Изучив материалы дела, проверив доводы, изложенные висковом заявлении, ввозражениях ответчика, отзывах третьих лиц, заслушав представителей лиц, участвующих вделе, суд находит исковые требования неподлежащими удовлетворению»,— отмечается врешении, которое было вынесено судьей Романом Стожаровым 31марта.
Но если бы речь шла только о двух решениях областного арбитражного суда. Верховенство права, правовое государство и прочие истины, о которых любили говорить с высоких трибун, давно превратились в пустые слова. Российский суд, по сути, есть репрессивная машина — процент оправдательных приговоров не превышает 0,15, то есть шанс быть оправданным есть у полутора человек из сотни.
Во-вторых, российское правосудие — правосудие избирательное. У сотрудников правоохранительных служб, представителей так называемой элит куда больше шансов получить или мягкий приговор, либо и вовсе оправдательный. Не будем далеко ходить за примером: сына вице-губернатора Пивоварова балаковский суд уже второй раз оправдывает по делу об избиении подруги. Пивоваров-младший — как Рафик из миниатюры Comedy Club — всегда «неувиновен».
Можно много говорить и о конкретных приговорах, и об общей тенденции в работе российских судов, о главенстве «позвоночного» права. Но ясно одно: если мы мечтаем о цивилизованном развитии нашего государства, то с такой системой правосудия это развитие невозможно.
Песков: «В состоянии войны цензура оправдана»